В гости к белому медведю: петербуржец на коляске покорил Северный полюс

В гости к белому медведю: петербуржец на коляске покорил Северный полюс

 

На фото: Дмитрий Александров - молодой человек в теплой красной куртке с капюшоном и теплых черных штанах, сидит на инвалидной коляске на покрытом снегом и льдом берегу океана. Коляска Дмитрия стоит в импровизированной волокуше. Позади него возвышается громада атомохода. Нижняя часть корабля - черная, с надписью по борту большими белыми буквами: Росатомфлот.  Над палубой возвышается семиэтажный оранжевый корпус

 

Часть 1

Хотите – верьте, хотите – нет, но Северный полюс покорился молодому человеку в инвалидном кресле из Санкт-Петербурга. Чудо, скажете вы, коляска на льдине! А кто говорит, что чудеса невозможны? Только тот, кто ничего не делает для их воплощения. А Дмитрий Александров прошел долгий путь на коляске по множеству стран и континентов, и наконец добрался на российском атомоходе до Земли Франца-Иосифа и самого Северного полюса. Он сидел у костра с барбекю во льдах, видел удивительных птиц и арктических зверей, любовался полярным летом и присутствовал на обеде у белого медведя. Как? Об этом он расскажет сам.

 


 

– Где вы живете, чем занимаетесь, давно ли передвигаетесь на коляске?  

– Зовут меня Дмитрий Александров, мне 35 лет, я программист, на коляске передвигаюсь довольно давно. В детстве увлекался горнолыжным спортом, и в двухтысячном году, катаясь на горных лыжах в Болгарии, получил тяжелую травму – перелом-вывих позвоночника в шейном отделе. Последовало несколько операций и много лет реабилитации, мы старались максимально восстановить ту форму, которая возможна при данной травме. И сейчас я продолжаю делать ежедневные упражнения по специальной, наработанной годами, методике. Остались парализованными ноги и частично руки. Параллельно я окончил школу и затем учился в университете (золотая медаль). Все это происходило, как сейчас принято говорить, на дистанционке. В повседневной жизни мне необходима коляска, и большую часть времени я работаю и передвигаюсь на ней.

 

– Вы путешествуете с сопровождающим или в одиночку? 

– В это путешествие я отправился с сопровождающим, это был мой папа – Вячеслав Викторович. Кстати, ветеран атомного машиностроения и фанат атомных кораблей. Большая часть моих длительных путешествий проходит в сопровождении родителей. Но сейчас я уже способен на небольшие путешествия в одиночку. То есть, например, на один-три дня я могу сам съездить куда-нибудь. Хорошо, что сейчас транспорт и инфраструктура стали более доступными для колясочников. Более доступными стали и самолеты, поезда – все, вплоть до общественного городского транспорта, стало приспособленным для людей на колясках. И путешествия сейчас не являются непреодолимой проблемой для людей в моем положении. 

 

На фото: Дмитрий Александров в зеленой куртке и шапке сидит в инвалидной коляске на палубе корабля. Рядом с ним стоит отец, сопровождавший его в экспедиции. Позади них видна спокойная морская гладь и черные острова, покрытые белой шапкой снега

 

 

– Это ваше первое путешествие на коляске? Если нет, где вы еще бывали?

– Это далеко не первое мое путешествие на коляске, я уже довольно давно в ней нахожусь и за 20 лет посетил порядка 53 стран. И в некоторых побывал даже не по одному разу. Многие поезди связаны с моей профессиональной деятельностью, но и здесь я пытаюсь находить время для познавательных целей.

Путешествую много, я посетил практически все континенты, кроме Антарктиды и Австралии, побывал в обеих Америках, в Центральной Америке, Африке, в Азии. Но в Азии еще далеко не везде, а только в той части, которая расположена ближе к нам. Так что путешествую я много, это то, что мне очень нравится.

 

– Как вы решили отправиться в такое экстремальное путешествие, какую цель вы преследовали?

– Когда появляется возможность сплавать (сходить, как говорят моряки) на Северный полюс, от нее было просто невозможно отказаться. Меня сразу поглотила эта идея. Целью моей было оказаться в тех местах, где большинство людей не могут и еще много лет не смогут побывать, это ведь удивительные и недоступные места. Только сейчас, с развитием техники, они становятся несколько доступнее, а ведь еще буквально 100-120 лет назад этот регион был местом притяжения самых смелых и сильных личностей, имена которых вошли в историю. Поэтому попасть в места, где побывали такие известные исследователи, как Седов, Амундсен, Нансен, на мой взгляд, – это редкий дар судьбы.

 

– Как вы стали пассажиром атомохода, и что этому предшествовало?

– Сейчас съездить в круизную экспедицию на Северный полюс – это достаточно редкая эксклюзивная коммерческая услуга. Когда я об этом узнал, то связался с российской круизной компанией и объявил, что хотел бы отправиться в экспедицию, но я на коляске и возможно ли это? Сначала мне ответили, что, наверное, это проблематично, но давайте мы проверим. И так за несколько месяцев переговоров мы поняли, что путешествие возможно, и мы просто стали выяснять все детали. Например, мне нужно было пройти некоторое количество медицинских экспертиз, консультаций, где мне выдали заключение о том, что такое путешествие не представляет угрозы для моего здоровья и для здоровья окружающих. 

Мы будем находиться на атомоходе, на котором имеется достаточно оборудованный лазарет с высококвалифицированными врачами, и это значит, что медицинская помощь мне, как и другим членам экспедиции, всегда может быть оказана даже при условии отдаленности на несколько тысяч километров от земли. Хотя зона Северного полюса считается патогенной зоной, то есть не приспособленной для жизни человека. Это все мы выяснили в течение нескольких месяцев, мы общались с менеджерами круизной компании, с командой, разговаривали с врачами. 

Необходимо принимать во внимание, что атомный ледокол «50 лет Победы», самый большой и современный в мире на тот момент корабль подобного класса, строился не для круизов, а для работы в тяжелых льдах при проводке судов и перевозки северных и полярных экспедиций, и в нем, естественно, не была запроектирована доступная среда для колясочников. Учитывая это, мне необходимо было все проверить, измерить и понять, возможно ли мне вообще перемещаться на инвалидной коляске за пределами каюты. И мы выяснили, что на моей коляске, отрегулировав ее на самую минимальную ширину по базе колес, сможем въехать в каюту, перемещаться по коридорам. 

Для преодоления высокого порога (комингса) в нашу каюту мы заблаговременно приобрели и привезли с собой легкие телескопические рельсы-пандусы. А при помощи экипажа можно было преодолеть и все остальные двери с комингсами на корабле. Мы отдаем должное заботливости и всемерному содействию членов экипажа корабля и сотрудникам круизной компании, с помощью которых мы практически не знали проблем при перемещении по кораблю.

И поскольку на корабле есть лифт, который тоже доступен для коляски, я мог перемещаться по разным палубам и возвращаться в свою каюту. Собственно, это не круизные каюты, это резервные каюты экипажа, которые на время путешествия предоставлялись туристам. В каюте помещается два человека, и моя коляска там проходила относительно легко. Более того, хотя я был согласен даже просто провести в каюте все время путешествия, круизная компания подобрала нам каюту, которая находится рядом с библиотекой и своего рода кают-компанией, а это кафе с панорамными окнами-иллюминаторами по всей ширине ходовой рубки, что позволило мне каждый день находиться там и наблюдать красоты Ледовитого океана по ходу ледокола и постоянно присутствовать в этих общественных местах, общаться с людьми и полноценно участвовать в жизни экспедиции, включая многочисленные товарищеские вечеринки с живой музыкой и танцами. То есть, у меня была удобная каюта и доступ в те зоны, где туристы отдыхают и общаются. 

 

На фото: Дмитрий Александров в каюте корабля возле больших панорамных окон, откуда открывается вид на океан

 

– Легко ли приняла вас команда? Были с их стороны страхи, опасения?

– Команда приняла меня не то, чтобы легко, она меня приняла очень радушно, интеллигентно, по-братски, и экипаж сделал все максимально возможное для того, чтобы я действительно мог почувствовать себя полноценным членом этой экспедиции. Поскольку круизом эту экспедицию можно назвать только отчасти, тем не менее основные события были распланированы по графику, и команда экспедиции и экипаж корабля оказывали мне всяческое содействие для максимально доступа на места запланированных мероприятий: высадки на льды, высадки на берег островов, в полеты на вертолете и прочее. Не говоря о том, что я вовремя был накормлен, хотя доступ в ресторан на другую палубу имелся не всегда (при движении во льдах лифт выключался). Конечно, в подобной экспедиции остается очень много непредвиденного. Было много факторов, способствующих тому, что какое-то из мероприятий могло не осуществиться, потому что Арктика – это мало прогнозируемая климатическая зона, где могут быть неблагоприятные погодные условия или сложная ледовая обстановка.

 

– Насколько удобен атомоход для жизни на нем в коляске? Что доступно, что нет?

– Как я уже сказал, ледокол не приспособлен для коляски, но тем не менее для меня было довольно хорошо организовано пространство, где я мог обитать: у меня в каюте была хорошая кровать, и я мог легко пересаживаться на нее из коляски, в каюте было место для некоторого маневрирования на коляске, а за пределами каюты мне была доступна зона библиотеки и кают-компании с очень красивым видом на Ледовитый океан, как я уже говорил, там были большие панорамные иллюминаторы, а сама кают-компания находилась этажом ниже под ходовым капитанским мостиком, то есть все, что видит капитан, его вахтенные помощники и рулевые на ходу, видел и я.

Но куда-то еще я ходить не мог, поскольку большинство дверей такие узкие, а комингсы высокие, что коляска в них не проходит, это значит, что зона моего обитания ограничилась этими помещениями. Более того, не очень удобно было бы, например, выходить на палубу, потому что лифт работает, только когда корабль стоит, и сам выход на палубу сопряжен с преодолением комингса, высота которого достигает полуметра, то есть необходима была внешняя помощь, которая, безусловно, оказывалась, но мы не злоупотребляли этим, потому что не всегда была такая необходимость.

Посетить машинное отделение практически невозможно, там все проходы узкие, и рабочая обстановка там не для коляски. А некоторые помещения вроде сауны, спортзала или бассейна недостаточно доступны, потому что они находятся на корме, куда практически невозможно было бы добраться на коляске из надстройки, где находятся каюты. 

 

– Где вы питались? На чем спали? Что было в вашей каюте? Насколько в ней было удобно жить человеку на коляске?

– Питался я в кают-компании. Хотя на корабле есть ресторан, но находится он на несколько палуб ниже, и учитывая, что при движении корабля лифт не работал, не было необходимости мне туда спускаться. Обслуживание для туристов было организовано на круизном уровне, a мне официанты приносили еду в кают-компанию, и я ел с очень красивым видом на Арктику. В моей каюте было две шконки (кровати), на которых мы спали, они были на уровне коляски, и пересаживаться оказалось легко. Также там был посменный стол, шкафы и прочая мебель,  над которой славно потрудились конструкторы-органайзеры. Я был приятно удивлен, как можно в таком маленьком объеме каюты разместить такое большое количество мебели для вещей и багажа, как все было продумано для жизни моряка в дальних плаваниях. Тем не менее, большую часть времени я проводил в кают-кампании с красивым видом, а в свою каюту приходил, по сути, только ночевать. 

 

На фото: Дмитрий Александров в теплой куртке и шапке сидит в инвалидной коляске на палубе корабля. Позади него видно море, покрытое льдом

 

– Доступен ли был душ, туалет?

– В каждой каюте есть душ и туалет, но он очень маленький, и он не был доступен, на коляске туда въехать было невозможно. Поэтому мы просто взяли тазики и мылись в них. А вот с туалетом нам пришлось импровизировать: мы взяли с собой маленький складной туалетный стул, который хорошо умещался в чемодане. Его можно купить за небольшие деньги, и пользовались им. 

 

– Каков был ваш маршрут? Что вы видели по пути? Где останавливались?

– У нас был очень интересный маршрут. Конец июля – август 2019. Мы прилетели в Мурманск и с интересом успели его посмотреть. Только-только зацвела сирень. На следующий день мы вышли из Мурманска (порт РосАтомфлота – это тоже событие), в полярный день, и через Баренцево море за два дня дошли до Земли Франца-Иосифа. Это потрясающе красивый архипелаг из более чем двухсот островов, это наша российская территория. Баренцево море мы прошли довольно быстро, на мой взгляд, за два дня, но мы прошли через несколько штормов, в какой-то момент был шторм около 6 баллов, а это значит, что корабль качался очень сильно, и были такие волны, что брызги от них захлестывали надстройку и ходовую рубку. 

Само по себе путешествие по Баренцеву морю – это уже удивительно и очень красиво, а далее мы дошли до Земли Франца-Иосифа, где состоялась первая высадка на острове Белл. В 2016 году территория заказника «Земля Франца-Иосифа» была включена в границы национального парка «Русская Арктика». Я в высадке не участвовал, потому что это было бы слишком тяжело на данном этапе. Большинство туристов по специальному узкому трапу спускались на резиновые надувные моторные лодки, которые уже довозили их до берега. Там они увидели деревянный дом, построенный в 1881 году участниками экспедиции Бенджамена Ли Смита. Это старейшая постройка архипелага Земля Франца-Иосифа. 

Я в это время находился в кают-компании, там был настолько потрясающий вид из иллюминаторов, что, честно говоря, мне было очень комфортно, потому что я со своего места мог видеть удивительные ледники и небольшие айсберги, которые в тех местах формировались. В Баренцевом море не было льда, а ближе к Земле Франца-Иосифа плотный лед уже начал появляться. Погода менялась каждые 15 минут, и виды островов Земли Франца-Иосифа с этими усеченными горами, с этим снегом, с этими контрастами – это было действительно восхитительно.

Там мы пробыли часов шесть. А далее мы пошли сквозь архипелаг уже непосредственно на сам Северный полюс. Мы шли где-то еще двое суток после Земли Франца-Иосифа, и уже начались плотные льды. Атомоход шел через сплошной лед, может быть, с проталинами, так как было лето, но в целом уже началась суровая Арктика. Я наблюдал из кают-компании за этой удивительной красотой.

 

– Высаживались ли вы на лед? Каким образом? Как вам помогали?

– За два дня мы дошли до Северного полюса, что довольно быстро. Так как уже был конец лета, лед был не такой крепкий, и мы шли с очень хорошей скоростью, в какой-то момент она была порядка 18 узлов, что много для такого типа корабля и в принципе для Арктики. А когда идешь по льдам, это, конечно, отдельные ощущения, потому что слышны удары, корабль сотрясается, идет огромная вибрация. 

И вот наконец мы достигли Северного полюса, все этого очень ждали и решили, что и мне необходимо спуститься на бак корабля, чтобы я мог со всеми поучаствовать в ритуале встречи Северного полюса – цели нашей экспедиции. Для этого специально остановили корабль, включили лифт, я на лифте спустился на уровень палубы и с помощью замечательного экипажа, членов экспедиции и туристов мы смогли выбраться через все двери с комингсами на палубу.

И в 23:43, если не ошибаюсь, мы достигли географического Северного полюса, а это значит, что мы находились на оси Земли, и если посмотреть во все стороны, то во все стороны будет только Юг! Учитывая, что это был полярный день, нам очень повезло, потому что было, во-первых, было относительно тепло, во-вторых, безветренно, и, в-третьих, даже солнечно и безоблачно. И мы вместе с экипажами корабля, круизной компании и туристами вышли на палубу, так сказать, встретили Северный полюс. Все очень радовались, многие, как дети. Свершилось маленькое чудо! На палубе мы стояли около двух часов, было от минус десяти до нуля градусов. 

По программе мы должны были затем поспать, поскольку по времени была ночь, хотя в полярный день по-прежнему светило солнце. А за это время нам должны были оборудовать на этом месте лагерь, лед был достаточно крепким для того, чтобы мы высадились прямо в этом месте. Хотя под нами была океанская глубина 4 км.

Отоспавшись и хорошо одевшись (нам были предоставлены специальные куртки, полярная обувь), на следующее утро мы все начали процесс высадки на льдину. Стоит отметить, что мне это было не гарантировано по условиям договора, опять же все зависело от погоды, возможностей.

Вообще очень тяжело найти льдину, пригодную для высадки, и это даже не связано с коляской. Но тем не менее нам очень повезло, и льдина была пригодна для высадки нашего круизного коллектива. За ночь силами экипажа был оборудован небольшой лагерь, он представлял собой несколько десятков столов и лавок, барбекю. И был организован специальный круг с мачтой-указателем точки Северного полюса, куда все мы должны были прийти. 

Так вот, если обычные туристы высаживаются на льдину с помощью трапа, то в отношении меня было принято решение высадить меня с помощью крана. У ледокола есть грузовые краны и специальная клетка для спуска грузов. Это все штатное оборудование для работы. На лифте я спустился на палубу, которая находится на уровне крана, потом меня посадили в эту клетку и заботливо, аккуратненько спустили краном на льдину. Чудо свершилось! 

 

На фото: Дмитрия Александрова спускают на берег специальным грузовым краном в клетке для спуска грузов

 

 

Насколько мне известно, таких случаев еще не было, чтобы высаживали на лед человека в коляске. Мы стали импровизировать, замечательный боцман придумал использовать для передвижения коляски по льду такие своеобразные сани из двух пластмассовых корыт, в которые коляска удачно встала. Передвигаться по снегу на этих корытах было достаточно легко, хотя я передвигался не самостоятельно, а за веревки их тянули наши помощники. Опять же нам повезло, что лед был ровный, не было торосов, трещин, и вообще рельеф был плоский, и мы смогли передвигаться практически по всей площадке, подготовленной для праздника. Далеко нельзя было уходить, это запрещено, потому что может повстречаться белый медведь, у нас даже специальная охрана была выставлена, которая защищала нас от нежданных гостей. 

Я смог поучаствовать во всех церемониях, которые существуют на этом этапе. Мы собрались вкруг указателя Северного полюса и совершили несколько кругосветных путешествий, то есть походили вокруг него, и технически это является кругосветным путешествием. Далее были несколько мероприятий для туристов. Например, одно из них – это плавание-моржевание в Ледовитом океане. В кормовой части ледокола во льду с помощью корабельной энергетической установки за ночь специально растопили лед и сделали полынью, в которой с удовольствием плавали туристы, это и есть плавание в Северном Ледовитом океане на Северном полюсе. Я за этим только наблюдал, а люди охотно плавали. 

Затем было барбекю, мы все собрались и поели жареного мяса и прочих разнообразных блюд. А мне очень понравилось на Северном полюсе есть мороженое, когда-то у меня была такая мечта, и вот она осуществилась. У нас сложилась замечательная компания, очень сплоченная группа туристов, все радовались, звонили домой, там спутниковая связь доступная из всех регионов. Мы провели на льдине сутки, я непосредственно на льду провел часов восемь. 

Фото Дмитрия Александрова

Продолжение следует